Старт нацизма ч.3
К научному методу познания Гитлер еще со школьной скамьи относился с презрением. О своих школьных учителях он вспоминал как о «порождении пролетариата, лишенного способности мыслить самостоятельно»'34. Исключение составлял учитель истории, который увлек мальчика национальными историческими мифами, и, по признанию Гитлера, именно тогда он почувствовал себя революционером.
Многие лидеры предпочитают рациональному знанию простые мифы. Они могут и не подозревать, что взяли на вооружение рецепт Гитлера: «Искусство чтения, так же, как и самого процесса обучения, состоит в следующем: запомнить главное и забыть все лишнее,..»1"
С такими людьми поздно спорить, им поздно что-либо доказывать. Они уже идут к своей цели и ведут к ней других, даже если путь к призрачной вершине лежит через пропасть. Трагедия в том, что в периоды кризисов рассудительность обречена на поражение — побеждает тот, кто готов действовать быстро, манипулировать толпой, бросать резкие обвинения и предлагать радикальные рецепты. Добро, если он готов хотя бы советоваться с людьми науки. Но он вовсе не обязан зто делать, сплачивая вокруг себя не привыкшие к умственному напряжению толпы и отсекая «все лишнее».
В юности Гитлер увлекался самыми разнообразными теориями — националистическими, социалистическими и магическими. Из каждой книги, из каждого разговора Гитлер произвольно извлекал элементы, соответствующие его настроению и образу мира, отбрасывая остальное. Широкий круг увлечений дополнялся в характере Гитлера чувством превосходства над всеми окружающими и отсутствием умения систематизировать полученную информацию. Он увлекался и увлекал других людей, предпочитал действовать по наитию и верил, что интуиция всегда поможет найти ему — избраннику судьбы — верное решение.
Чего только це соединялось в эклектическом сознании Гитлера. Элитаризм либералов и социальная технология социалистов. Ненависть к еврейскому ростовщическому капиталу и ревность к организационным способностям евреев. Гитлер-эстет рассуждал об идеальной красоте человека, сбиваясь на тему чистоты расы и подходя к человеку как селекционер к скоту.
Гитлера охватывало восхищение музыкой Вагнера, его легендами н сказками — своего рода фэнтези, основанном на вольном переложении германском эпоса. Дикий мир языческой Валгаллы, сила героев и романтика сказочного мира вдохновляли Гитлера к повторению подвигов прошлого.
Муссолини, перевернувший социалистическую теорию с ног на голову, был не единственным и даже не главным источником политических взглядов Гитлера. Во взглядах Гитлера исследователи находят влияние пангерманизма Г. фон Шеиерера, критики ростовщического капитала Г. Федером, уверенности журналиста Д. Экар-та в превосходстве арийской расы, к которой якобы относятся немцы. Соратник по партии Рудольф Гесс познакомил Гитлера с идеями геополитики, изложенными в работах К. Хаусхофера. Германия, срединное государство, находится в центре европейской борьбы, оиа должна или разгромить соседей, или будет разорвана ими. В копилке идей Гитлера нашлось место и Ницше с его идеей сверхчеловека, «волей к власти» и отрицанием христианских'ценностей,
У истоков своих взглядов Гитлер также был истинным подданным Австро-Венгрии. В этой империи два народа — немцы и венгры (а до 1867 г. именно немцы) управляли массами жителей других национальностей, прежде всего славян. Гитлер в своем воображении распространил этот идеал на всю Европу. Немцы должны править ею, а через нее — всем миром.
Но Австро-Венгрия развалилась, не выдержав напряжения Первой мировой войны, Собственно, разваливаться она начала раньше. Почему? Гитлер видит причину этого в демократии — на место сплоченной немецкой элиты народы выбирают своих разноязыких представителей, Вена превращается в новый Вавилон. Нет, Гитлер этого не дозволит в своей империи.
Признанным духовным отцом Третьего рейха стал Хьюстон - Чемберлен — англичанин, беззаветно влюбленный в германскую культуру и государственность. Он не только стал немецким гражданином и зятем Вагнера, но и воспел Германию как центр мировой цивилизации. Чемберлен опирался в своих трудах на книгу француза А. Гобнно «Эссе о неравенстве человеческих рас», который, чтобы доказать собственную древность рода, выводил североевропейское народы и большинство немцев из арийцев. По мнению Гобнно, историческое развитие определяется неравенством европейских рас, творческим началом, присущим только белой расе. При этом мотором самой белой расы и всех остальных народов являются именно потомки арийцев.
Чемберлен подхватил этот миф, не имеющий отношения к данным науки даже того времени, н развил его дальше, с тем же презрением к научной логике и доказательности. Но на этот раз на свет появилось не эссе, а целый фолиант «Основы девятнадцатого века». В нем потомки арнйцев немцы вели борьбу за наследие римской империи с другим «чистым», но «вредоносным» народом — евреями. Евреи стали присваивать себе то, что им не принадлежит, начиная с фигуры Инсуса Христа, которого Чемберлен объявил арийцем. Доказательства? К чему доказательства, если интеллектуальный уровень Христа явно свидетельствует в пользу его арийского происхождения. К тому же Иисус стал Богом не евреев, а «молодых индоевропейских народностей, полных жажды жизни»136.
