«Новый курс» Рузвельта ч.4
Рузвельт считал ошибкой, что не использовал конференцию для усиления роли США. Но сохранить прежние принципы организации рынка бьшо невозможно, так что Рузвельт правильно не поехал на конференцию. Он сэкономил средства для внутренних реформ. Глобальный рынок необратимо распадался, и в этой ситуации выигрывал тот, кто укреплял свой рынок. В 1936 г. США стали импортировать продовольствие. Мировой рынок постепенно оживал, хотя и не достиг прежних объемов.
Еще одной антикризисной мерой Рузвельта стало установление дипломатических отношений с СССР 16 ноября 1933 г. Нужно бьшо срочно расширять торговлю с Советским Союзом. Нарком иностранных дел Литвинов обещал разместить в странах Запада заказы на 1 млрддолларов. Это могло помочь выходу из кризиса американской промышленности.
В результате реформ «100 дней» индекс Доу Джонса вырос с 56 до 101 (предкризисного уровня он достигнет только в середине 50-х гг.). Цены выросли па 10%, но доходы населения тоже начали расти, хотя и неравномерно — «честная конкуренция» в нескольких отраслях привела к падению уровня заработной платы. Занятость выросла на 4 млн человек. Это повлекло за собой рост емкости внутреннего рынка, стало вытягивать производство.
Несмотря на то что из острой фазы кризиса выкарабкаться удалось, жизнь все еще была бедной — в 1935 г. доходы городского населения отставали от уровня января 1929г.на 13%- 10 млн людей оставались без работы. В это время США как раз и достигли того «горизонтального плато», которое либеральные экономисты ожидали увидеть после завершения бума. Но только плато было достигнуто на уровне значительно ниже состояния 1929 г.
Государственные расходы выросли почти в 2,5 раза, а производство — на 60%. Реформы Рузвельта были весьма затратными. Их нельзя было продолжать, не найдя нового источника ресурсов. Может быть, экспроприировать капиталистов? Но удастся ли найти соответствующее количество грамотных управленцев, чтобы бюрократическим путем управлять хозяйством, которое привыкло регулироваться рыночным путем? Рузвельт понимал, что этот путь приведет к еще большим разрушениям, чем Великая депрессия. И раз уж из нее начали выходить, то дальше следовало действовать как-то иначе. Оставалось еще два ресурса — доходы рабочих и фермеров или (а может быть, и) внешние ресурсы. И то и другое государству могла дать война. Но это — на крайний случай. А пока Рузвельт пытался маневрировать, пытаясь найти менее расточительный путь реформ.
Возникшая система была неустоявшейся и неустойчивой. Рузвельт пока не создал общество, которое защищало бы рядовых американцев от превратностей судьбы. Он вколол Америке лекарство, которое сняло острую боль, ио болезни не вылечило. Ряд мер Рузвельта носил столь же временный характер, что н регулирование хозяйства времен Первой мировой войны. Чтобы придать реформам «ста дней» системную целостность Рузвельт должен был сохранить НИРА и AAA, а также распространить ТВ А на всю страну. В этом случае затратные программы общественных работ и помощь фермерам приобрели бы опору в мощном государственном секторе, контролирующем энергетику (а в перспективе, возможно, и транспорт, друг-ие важные отрасли). Разделив США па «федеральные округа», включающие по несколько штатов (ТВА действовала на междуштатном уровне), Рузвельт мог ограничить власть губернаторов в свою пользу. НИРА обеспечивал контроль над промышленниками, a AAA — над сельской глубинкой. Таким образом, все ресурсы страны оказывались бы под контролем правительственных технократов. Это были бы другие Соединенные Штаты, нежели те, что мы видим в реальности. Они были бы еще более обюрокраченными и авторитарными, менее динамичными, с более усредненным уровнем жизни. Идеалом Рузвельта было «всеобщее разумное благосостояние»^ . Разумное — то есть ограниченное возможностями страны. И еще одно важное для всего мира обстоятельство — по этому пути США могли бы развиваться преимущественно за счет внутренних ресурсов страны. А не за счет ресурсов остальных стран мира.
Рузвельт сравнивал свои реформы 1933—1934 гг. с перестройкой храма, «который, когда мы его завершим, больше не будет храмом менял и нищнх», «камень за камнем мы возводим колонны, которые будут поддерживать этот храм»9. Эти колонны — НИРА, AAA, ТВА, ФЕРА, ССС. В реальности развитие пошло иными путями. Рузвельт подчинялся конституционным правилам игры, и его противники нанесли ряд болезненных ударов по реформам «ста дней», после чего Рузвельт фактически отказался от достраивания здания, заложенного в начале его правления. «Колонны» сносились одна за другой. В 1933 г. Рузвельту удалось добиться введения основных администраций лишь как временных, попытка узаконить их не удалась. В мае 1935 г. Верховный суд США отменил НИРА. В январе 1936 г. он же признал AAA неконституционной, и ее пришлось ликвидировать. Характерно, что законники подождали, пока меры Рузвельта принесут эффект, и только потом обратили внимание на незаконность его действий. Мавр сделал свое дело и мог уйти.
«Крестовый поход», объявленный Рузвельтом в начале его правления, завершился. Но американцы ждали от своего президента новых походов, в крайнем случае, они могли отправиться в них и без него.
Как большевикам после их первой попытки потеснить капитализм своим военным коммунизмом пришлось отходить на позиции НЭПа, так и Рузвельту с его «военным» капитализмом в 1934— 1935 гг. пришлось отступать. Это означало, что страна может просто вернуться к социальной системе 1929 г., которая, в свою очередь, вернет общество к депрессии. Нужны были новые реформы, и споры вокруг их возможного направления накалили социально-политическую ситуацию. У движения протеста появились новые влиятельные вожди, которые «дышали в затылок» Рузвельту. «Революционная ситуация» не ушла в прошлое.
