«Новый курс» Рузвельта ч.1
Острый кризис социально-экономической системы мог быть преодолен только с помощью ее изменения. Это можно было сделать двумя путями. Либо установить диктатуру, которая будет наводить порядок в экономике тоталитарными методами, либо наладить государственное регулирование хозяйства без разрушения независимых от правительства социальных структур. Второй путь был гораздо сложнее, но именно по нему пошел новый президент США Франклин Рузвельт.
Рузвельт никогда не забывал о том, чтобы кресло стояло прочно. Он выстраивал систему, в которой власть над экономикой наряду с капиталом получала бюрократия.
Президент располагал поддержкой Конгресса и немедленно приступил к реформам. В первые «100 дней» своего правления он поставил задачу добиться конкретных результатов в борьбе с депрессией. Президент направил в Конгресс серию законопроектов, которые одобрялись один за другим. Всего за 100 дней конгресс по инициативе Рузвельта принял более 60 законов.
Была проведена проверка банков. Левые сенаторы Лафолетт и Костиган убеждали Рузвельта национализировать банки. К чему бы это привело? В банках не было реальных ресурсов — только специалисты по движению бумаги, символизирующей ресурсы. Банкиры и так были напуганы, а принципиальной альтернативы старой банковской системе ие было — ни какой-то структуры прямого обмена продуктами между предприятиями, ин бюрократической структуры вроде советского Госплана. Рузвельт не пошел за своими союзниками слева, ие стал создавать альтернативы банковской системе. Он подверг чистке то, что есть. Право на дальнейшую работу получили те банки, которые смогли доказать государству свою кредитоспособность. Часть банков не смогла это сделать и исчезла. Отныне банковские вклады должны были страховаться на случай разорения. Банкам, сохранившим доверие государства, выдавались из казны займы под низкие проценты. 12 марта 1933 г., в первом из своих радиовыступлений, известных как «беседы у камина», президент призвал граждан нести деньги в банки: «Уверяю вас, что безопаснее хранить деньги во вновь открытом банке, чем под матрасом»76 . Граждане вняли призыву.
Но финансовая система получит прочную основу, только если заработает производство. А это нужно организовать. Создавались специальные «администрации» — государственные организации, управлявшие сферами, в которые раньше государство почти не вмешивалось.
16 июня 1933 г. по инициативе Рузвельта Конгресс принял Национальный акт восстановления промышленности, который президент считал тогда ядром своих преобразований: «История возможно запишет Национальный акт восстановления промышленности как наиболее важное и далеко идущее законодательство, которое принималось американским конгрессом»77. Полномочия созданной еще Гувером Реконструктивной финансовой корпорации были резко расширены. Опасения экс-президента оправдались —деньги налогоплательщика пошли в промышленность. Тем корпорациям, которые были теснее связаны с администрацией, перепадало больше. Сращиваине власти и капитала не было новостью для Америки. Но если раньше музыку заказывал капитал, то теперь — администрация.
Пока Рузвельт вел предвыборную кампанию, в центре его выступлений была антимонополистическая риторика. Придя к власти, Рузвельт принялся строить сверхмонополии. Еще один пример предвыборной демагогии? Не вполне. Рузвельт в данном случае не был просто демагогом—-организованный государством монополизм был продолжением прежней борьбы за ограничение власти монополистов Только теперь эта власть ограничивалась не рынком, а государством А государство — это и есть сверхмонополня. Иногда утверждается, что НИРА —институт, «необычайно похожий на систему корпоративного государства Муссолини»78. Впрочем, «Муссолини в 20-е гг. был подлинным любимцем Европы»79. Система НИРА действительно похожа на фашистский экономический эксперимент, который на практике осуществлялся в те же годы, н некоторые меры Рузвельта даже опережали действия Муссолини. Мир шагал разными путями в одном направлении.
