Битва за Азию: китайский раунд ч.2
Коминтерн приказал КПК смириться с ограничением своих прав. Коммунисты были еще слабы, и, опираясь на организационную силу Гоминьдана, могли нарастить силы н влияние. Левые политические руководители Гоминьдана были готовы дружить с компартией, но военное руководство на фронте относились к компартии с нараставшим недоверием из-за опасности развертывания революционного пожара в тылу.
В июле 1926 г. Гоминьдан провозгласил Северный поход. В 1926—1927 гг. НРА при поддержке населения освободила от военно-феодальных правителей (милитаристов) центральные районы Китая.странцев и купцов. В то же время в НРА и Гоминьдан вошли сотни тысяч новых людей, большинство из которых были националистами и относились к коммунистам и социальным выступлениям бедноты отрицательно.
Наступление НРА самым пагубным образом воздействовало на присутствие в Китае иностранного бизнеса, который и прежде из-за многолетней смуты был представлен не очень сильно. Так, количество иностранцев в занятых НРА провинциях Хубэй, Хунань и Цзянси сократилось с 4,5 тыс. до 1,5 тыс. Когда 24 марта 1927 г. НРА вошла в Нанкин, солдаты окружили посольства Великобритании, Франции и США и открыли огонь по готовившимся к эвакуации иностранным гражданам. Было убито шесть человек. Это стало последней каплей — объединенная эскадра западных держав подошла к Нанкину и подвергла его жестокой бомбардировке. Казалось, Китай был надолго потерян для Запада. Но это пока незначительно влияло на состояние глобального рынка: во-первых, он еще не был настолько насыщен, как в 1928—1929 гг.; во-вторых, Китай и так был незначительно вовлечен в мировую торговлю и инвестиционный процесс из-за гражданской войны, которая тянулась с 1915 г. И Коминтерн, и страны Запада стремились добиться объединения Китая под контролем своих союзников. В первом случае Китай стал бы источником ресурсов (в том числе человеческих) для коммунистической системы и плацдармом для коммунистического наступления в Азии. Во втором — новым резервом глобального рынка.
Проанализировав документы этого периода, А. Панцов пришел к выводу: «Хорошо подготовленный «тихий» коммунистический переворот внутри Гоминьдана стал к тому времени настоящей сталинской идеей фикс»'7. Официально Коминтерн настаивал на подчинений Чан Кайшн левому руководству Гоминьдана, но по некоторым данным коммунисты и левые гомнньдановцы стали готовить арест Чан Кайшн1*.
Сколько раз потом Сталин будет действовать так, как планировал в Китае. Тщательно н тихо готовить удар — и затем молниенос-ноего наносить. Важно, чтобы противник ничегоне заподозрил, не опередил. Мы увидим, что так Сталин затем будет действовать в Испании. А еще позднее — в Восточной Европе в 40-е гг. Сейчас он начал опробовать новый метод, так соответствующий его складу характера и настроениям советской и китайской бюрократий.
И тут левая оппозиция в СССР начинает кричать о реальных опасностях, «демаскировать» переворот. Уступить ей нельзя — Чан Кайши все поймет. Тем более что троцкисты продолжают мыслить в категориях революций 1905 и 1917 гг. — поднимать народ, разжигать классовую борьбу, а не занимать посты, тихо договариваться с силовыми структурами. Под давлением развернутой троцкистами кампании Сталин вьпгужден был разрешить более решительную революционную активность КПК в проведении революционных действий — организации профсоюзов, стачек, вооруженных рабочих отрядов, захвата земли крестьянами. 21—22 марта 1927 г. коммунистические отряды захватили Шанхай. В это время была предпринята первая попытка арестовать Чана по дороге к его армии, стоявшей под Шанхаем, «Арест не состоялся. Чан Кайшн, не сходя на берег в Нанкине, проследовал в Шанхай»19.
На этот раз «империалистам» удалось найти решающий козырь, который сорвал планы Сталина. 6 апреля тесно связанный с японцами военачальник Чжан Цзолинь отдал приказ провести обыск в советском посольстве в Пекине. Там были найдены документы, из которых можно было заключить, что коммунистическое руководство СССР и Коминтерна стремится к устранению Чан Кайши. Эти бумаги были срочно переданы военному лидеру Гоминьдана20. 12 апреля 1927 г. Чан Кайши учинил разгром коммунистических организаций и профсоюзов в Нанкине и Шанхае, взял власть в свои руки в этих районах, исключил.коммунистов из армии и Гоминьдана. Кровавая иистка от коммунистов охватила несколько провинций,
Освобожденная территория раскололась. Приморские районы поддержали Чан Кайши, а центральные — уханьское правительство левых гоминьдановцев и коммунистов во главе с Ван Цзннвенем, которому СССР продолжал оказывать финансовую и военную помощь. Сталин оказался заложником собственной политики н пытался извлечь пользу из союза хотя бы с осколками Гоминьдана. Но и к Уханьскому правительству Сталин относился, как прежде к Чан Кайши, тем более что в Ухани то и дело вспыхивали столкновения между коммунистами и гоминьдановцамн. В начале июля Сталин пришел к выводу: «Мы использовали уханскую верхушку как только можно было ее использовать. Теперь надо ее отбросить»21. Но публично Коминтерн призывал: «Ухань должен быть центром за другой путь развития Китая-..», и в то же время, наученный горьким опытом союза с Чан Кайши, давал указание коммунистам: «стройте свои вооруженные силы»22. КПК настаивала на чистке армии от «контрреволюционного офицерства». Эта противоречивая политика неотвратимо шла к краху. Представитель Коминтерна М. Рой посвятил Ван Цзинвея в террористические планы коммунистов, считая, что «нам нечего скрывать от левых гоминьдановцев»23. 19 июля уханьское правительство поставило КПК вне закона. Поскольку Ухань автоматически потерял советскую помощь, а своих ресурсов у него было мало, левые гоминьдановцы воссоединились с Чан Кайши. Провал Коминтерна в Китае стал очевидным.
В отчаянии КПК попыталась в августе поднять восстания в нескольких городах Китая. В Кантон для этого прибыли эмиссары Коминтерна, в том числе видный деятель ВКП(б) В. Ломинадзе. Но население не поддержало коммунистов, и выступления были подавлены.
Китайская катастрофа потрясла коммунистов всего мира. Последние надежды на мировую революцию рухнули, тысячи китайских товарищей погибли. Сталинская политика потерпела полный крах. Эти события стали для Сталина личным поражением и оказали двоякое воздействие на его международную стратегию. Во-первых, ои согласился на переход Коминтерна к более радикальному курсу. На многие годы Сталин стал противником политических союзов, где коммунисты оказываются младшими партнерами. Прежде всего речь идет о союзах с социал-демократами. Как мы увидим, эта стратегия будет иметь наибольшие последствия для судеб мира ие в Азии, а в Европе. Во-вторых, делом чести для Сталина станет осуществление его стратегии прихода коммунистов к власти не через разрушительные восстания, а через управляемую бюрократическую революцию-переворот. Интересно, что уже в новых условиях в 30-е гг. Сталин переступит через прежние обиды и санкционирует иовыйсоюз между Чан Кайшн и коммунистами против японцев. И Чан Кайшн тогда не поймет, что это — начало его конца. А пока первый раунд битвы за Азию Сталин проиграл, и это наложило глубокий отпечаток на его внешнеполитический стиль.
Разгром коммунистов в Китае вел к постепенному переходу страны из стана «варваров» в капиталистическую «ойкумену». По условиям соглашения между фракциями Гоминьдана разгром левых экстремистов — коммунистов — должен быть уравновешен ослаблением и правого крыла, спровоцировавшего кровопролитие в революционном лагере. В августе 1927 г. Чан Кайши сложил с себя полномочия главнокомандующего и отправился на отдых. Это время он использовал для поездки в Японию, где убедил представителей политической элиты, что он вполне лоялен мировому сообществу. К этому времени лидерам Гоминьдана стало ясно, что у них нет второго такого полководца, как Чан Кайши, н его попросили вернуться. Поддержка стран Запада сыграла в этом не последнюю роль — китайское правительство остро нуждалось в преодолении международной изоляции, кредитах, возрождении торговли. Все это теперь мог гарантировать Чан Кайши. В декабре 1927 г, нз Китая выслали оставшихся советских военных советников, 14 декабря го-миньдановский Китай разорвал дипломатические отношения с СССР. В заявлении Чан Кайши по этому поводу говорилось: «Советские консульства в разных городах Китая на самом деле — филиалы Коминтерна н в то же самое время — рассадники интриг, осуществляемых китайскими коммунистами»-*,
4 января 1928 г. Чаи Кайши снова стал главнокомандующим НРА. В марте—апреле он -заключил ряд соглашений с США и с этого момента, к разочарованию японцев, в своей политике стал ориентироваться именно на Америку. 5 июня войска НРА вошли в Пекин. В июле туда триумфально прибывает и сам Чан Кайши. Теперь он — глава правительства объединенного Китая. 25 июля это правительство признают США, а к декабрю — ведущие страны Европы. Тогда же его власть признают все руководители провинций. В стране начинается восстановление покоя н порядка. В перспективе Китай — важнейший рынок сбыта, необъятная часть мирового рынка. Но это — только в перспективе. Китаю еще предстояло восстановить разрушенное хозяйство, добиться социально-политической стабилизации. Это —дело времени. Объединение Китая могло стать стабилизирующим фактором мирового рынка постепенно, во всяком случае — не за несколько месяцев. А вот разрушительный удар по мировому рынку, сводящий на нет успех в Китае, мог быть нанесен быстрее. И он был нанесен безо всякого участия Коминтерна.
